О Сурском рубеже. Алексей Кряжинов

Как известно, врио Главы Чувашской Республики  Олег Николаев объявил 2021 год Годом трудового подвига строителей Сурского и Казанского оборонительных рубежей. И это неслучайно. Дело в том, что в следующем году исполнится ровно 80 лет, как началось строительство этих оборонительных линий. Но это лишь повод. Фактически это решение вызвано, во-первых, необходимостью сохранить в истории память о беспримерном трудовом подвиге тружеников тыла; во-вторых, отдать долг нашим дедам, прадедам, бабушкам и прабабушкам, которые ценой неимоверных усилий в жесточайших условиях суровой зимы за рекордный срок возвели неприступную оборонительную линию; в третьих, на примере поколения военного времени привить молодежи чувство патриотизма и гордости за Родину.

Мы все хорошо помним, какие подвиги совершали солдаты на фронтах Великой Отечественной войны, как советские люди рыли окопы под Ленинградом, Москвой, как работали на заводах, где выпускали оружие и боеприпасы, но мало знаем, что глубоко в тылу строились окопы и блиндажи, доты и другие огневые точки, как, например, на Сурском рубеж. А ведь и его  по праву можно назвать символом трудового подвига народа. Достаточно сказать, в строительстве обоих оборонительных рубежей принимали участие более 170 тысяч человек, а их протяженность составила 300 километров, то есть чуть менее половины пути от Чебоксар до Москвы.

Строительство линии оборонительного рубежа, позже получившего название «Сурский рубеж», началось в конце 1941 года, когда немецкие войска стояли уже под Москвой. В Чувашской АССР она проходила вдоль реки Суры по линии с. Засурское Ядринского района – д. Пандиково Красночетайского – с. Сурский Майдан Алатырского района.

Хотя время было очень сложное, ведь враг рвался к Москве, но руководство страны делало все возможное, чтобы облегчить быт и труд строителей.  Их разместили в близлежащих населенных пунктах, бараках, для них построили землянки. Строителям повозили продукты и корм для лошадей. Каждый район должен был обеспечить своих рабочих инвентарем: лопатами, кирками, ломами, кувалдами,  пилами, тачками, носилками и прочими рабочими инструментами. Но многие брали с собой из дома  лопаты, ломы и кувалды. Кроме людей на строительство направлялось 226 колесных и 77 гусеничных тракторов, 5 экскаваторов.

Были организованы передвижные госпитали-изоляторы, врачебные пункты, санэпидемические и дезинфекционные отряды. Для этого было выделено необходимое количество медицинских работников, медикаментов, перевязочных материалов.

Крупнейшей строительной организации – «Чувашстрйтресту» было дано задание изготовить 500 штук железобетонных колпаков для пулеметных дзотов, артелям — топорищ, черенков к лопатам, деревянных ложек, мисок, лаптей, рукавиц. Началась добыча бутового камня в Марпосадском и Чебоксарском районах, массовая заготовка леса.

Тех,  кто работал награждали деньгами. Размер премии от вида работ и специальности колебался от 150 до полутора тысяч рублей. К слову, корова в то время стоила 2,5-3 тысячи рублей. На прорабских участках была организована торговля товарами первой необходимости. Многие мобилизованные не имели хорошей одежды и обуви. Во время работы особенно быстро изнашивалась обувь. Для решения проблемы, по просьбе мобилизованных, была организована торговля лыком, из которого мастерили лапти и готовыми лаптями.

Несмотря на трудности и сильный мороз, благодаря трудовому героизму народа Сурский рубеж был построен за рекордно короткий срок – 45 дней.

К сожалению, время берет свое и с каждым годом все меньше и меньше остается людей, принимавших непосредственное участие в сооружении этих рубежей. И один из них – Кузьма Трифонов, которому в феврале следующего года исполнится 90 лет.

Можно смело заявить: Кузьма Трифонович сегодня является единственно живым из мужчин, кто возводил Сурский рубеж. Более того, он был самым молодым строителем этой оборонительной линии, ведь ему в то время исполнилось всего 10 лет.

Но как же так получилось, ведь в то время на так называемые принудительные работы, как лесо- и торфоразработки, строительство оборонительных сооружений брали только тех, кто достиг 17-летнего возраста?

Как рассказывает сам Кузьма Трифонович, они жили в деревне Анаткасы-Сорма Аликовского района.  В августе1941 года его отца призвали на фронт.  В доме остались  мама, 15-летняя сестра, он и братишка, которому исполнилось два года. Вскоре сестру Леонтину забрали на торфоразработкии и Кузьма Трифонович в семье остался за старшего.

Однажды, уже зимой, к нам в дом зашел представитель  райвоенкомата по фамилии Владельщиков.  Мама мальчика тогда лежала больная. Владельщиков приказывает ей: «Вставай! Надо ехать на Суру строить окопы». И тогда Кузьма  заступился за маму. Он сказал «Как она может поехать, если она вся горит и лежит в бреду?» Владельщиков тяжко вздохнул: «А что делать? Фашист не ждет». Почему-то именно эти слова «фашист не ждет» крепко засели в  памяти мальчика.  Он тут же встал с места и говорит: «Может, вместо нее я поеду»? Владельщиков оценивающе посмотрел на него и спрашивает: «А что ты умеешь делать»? Кузьма отвечает: «Все умею. Лошадью править могу». На следующий день он запряг колхозную лошадь, взял кое-какую еду, обулся в лапти, полушубок, сшитый из овчины, и поехал в сторону Ядрина. С ним на санях сидели 6 человек – все из одной деревенской бригады.

Кузьма Трифонович сам лично не копал землю. Но у него была не менее важная миссия – ухаживать за лошадью, которая была главной тягловой силой на строительстве.

На своей лошади он в основном занимался подвозкой леса. За лошадью нужен был постоянный уход: надо было кормить,  поить теплой водой, укрывать от морозов попоной. А холода были жуткие, под сорок градусов. На ночь уезжали в близлежащую деревню. Спали в избах, в банях. Конечно, мест всем не хватало, часто спали  вповалку на полу.

О том, в каких условиях приходилось работать, 9 мая Олегу Николаеву по видеосвязи рассказала и участница строительства Сурского оборонительного рубежа Елена Захарова. Когда началась война, ей было 17 лет. Осенью 1941 года вместе со стариками и женщинами ее отправили рыть окопы и траншеи вдоль реки Сура.

–Трудностей было немало. Как-то раз у меня лапти развалились, а было сыро и холодно. Нога моя так замерзла, что онемела. Пыталась ее массировать, но толку нет, все равно ступать больно. Еле отошла в сторонку. Сижу, плачу, не знаю, что делать дальше. Это увидели другие, успокоили и отправили домой. «Не горюй, все будет хорошо», –  говорили они. Так друг друга и подбадривали.

Слова труженицы тыла Елены Захаровой подтверждает и  Кузьма Трифонович. Вот что он говорит:

– Сурский рубеж строили женщины. Мужчин было мало – в основном пожилые, инвалиды, которых признали не годными к службе в армии. Поэтому мужские руки ценились. Меня дед с детства учил всякому ремеслу. И вот однажды я как-то наточил пилу. Всем это понравилось, потому что пилить стало легче. После этого я большую часть времени точил пилы. Однажды во время работы у меня из носа пошла кровь – видно, сказались недосыпание и усталость. Помню, одна женщина подошла ко мне, вытерла кровь, обняла и заплакала. Наверное, вспомнила своего сына, который остался дома.

У Кузьмы Трифоновича много наград. Но самое ценное для него – медаль, на которой изображен барельеф Сталина со словами: «Наше дело правое. Мы победим», а на другой стороне надпись «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

 

Contact us

Fill in the form below or give us a call and we'll contact you. We endeavour to answer all enquiries within 24 hours on business days.




    Тест на знание истории подвига строителей Сурского и Казанского оборонительных рубежей
    This is default text for notification bar

    Сообщить об опечатке

    Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

    Яндекс.Метрика